Юлия Баландина

То мироощущение, которое мне присуще с самого детства, обычно принято называть «обострённым чувством справедливости», но я предпочитаю его описывать широко известным «…а потому не спрашивай никогда, по ком звонит Колокол: он звонит по Тебе». Я никогда не была активистом или ярым защитником какого-то конкретного мнения, потому что находилась в уверенности, что мир сложен и многообразен, но мне всегда нравилось подмечать тонкие взаимосвязи устройства общества вокруг меня.

С рождения до 22 лет я прожила в Нижнем Новгороде. Во время учебы в Высшей школе экономики мой интерес к российскому уголовному процессу перерос в полное погружение в международное уголовное право. Во время обучения в магистратуре я встретила множество единомышленников, которые сейчас так же, как и я, работают в области правозащиты. С ними мы собрали команду и заняли второе место в русскоязычной модели Международного уголовного суда. Во время конкурсной поездки в Гаагу нам читали лекции бывшие юристы и участники аппарата Трибунала по бывшей Югославии, и все из них отмечали, что особая сложность заключалась в том, как объяснить людям, что их соратник – преступник, даже если те, кого он убивал, видятся им врагами без прав и человеческих качеств.

В магистратуре мне выпал шанс поучиться год в Норвегии. Во время этой поездки я окончательно убедилась, что благополучие общества очень во многом строится на том, чтобы каждый человек в нем понимал ценность своих прав и чужих; чтобы права были не просто тем, о чем вспоминают, когда попадают в ситуацию их прямого нарушения, а постоянным элементом жизни людей; чтобы люди осознавали, что нарушение государством прав другого человека всегда будет означать потенциальное нарушение их собственных.

К моему сожалению, подобный подход в своей стране я вижу лишь среди немногочисленных представителей гражданского общества и политических активистов, а значительная часть населения руководствуется культом силы, где права есть только у того, кто сильнее, и тех, кто с этим сильным согласен. Именно из-за того, что я вижу, как такая позиция приводит к перманентному умножению несправедливости и созданию препятствий для дальнейшего развития общества, я решила, что хочу заниматься правозащитой.

На удачу, в моем родном городе была вакансия в местное отделение Комитета против пыток, где я сразу увидела среди коллег единомышленников. При работе в Комитете я выделила для себя множество плюсов. Во-первых, мне близка общекомитетская установка «отвечать за свои слова» и не быть голословными. Во-вторых, мне нравится, что у Комитета очень много направлений деятельности и при наличии идей и времени я могу немного поработать в каждом из них. В-третьих, мне интересен продуманный и профессиональный подход, с помощью которого Комитет добивается системных изменений в деятельности правоохранительных органов.

В качестве больших и долгосрочных целей своей работы я вижу повышение уровня осведомленности граждан о том, что такое права человек, как они работают, почему это касается каждого, а также донесение до общественности, какие нарушения прав человека допускает наше государство, почему так происходит и как можно с этим бороться, а главное – зачем.