Комитет против пыток

Роман Веретенников

Правозащитной деятельностью я стал заниматься в начале 2000-х в краснодарской общественной организации. Входил в состав Общественной наблюдательной комиссии по обеспечению прав человека в местах принудительного содержания.

Летом 2006 года Сочинский ОМОН устроил массовое избиение граждан в поселке близ города Сочи. Этим делом решил заняться Комитет против пыток, который командировал туда группу своих сотрудников. Мне посчастливилось работать в этой группе. Посчастливилось, потому что уже в то время было видно, как слаженно, четко, профессионально работает Комитет. Именно тогда я загорелся желанием работать в этой организации. Первым, кто прилетел на первичную проверку информации о массовом нарушении прав граждан, был Олег Хабирахманов. Именно от него я узнал методику общественного расследования и тонкости работы по делам такого рода.

Тогда, при нашем участии, следствием по делу было выявлено 29 потерпевших. Восемь сотрудников ОМОНа были осуждены, а потерпевшие получили компенсации. Это дело – тот самый, к сожалению, редкий случай, когда государство добросовестно расследовало факты должностных правонарушений со стороны своих представителей. В большинстве случаев, государство приходится заставлять выполнять свое обязательство: качественно расследовать жалобы на жестокое обращение и пытки.

Осенью 2009 года меня пригласили работать в состав сводной мобильной группы правозащитных организаций в Чеченской Республике. Там я проработал около пяти лет, занимаясь общественными расследованиями случаев применения пыток и насильственных исчезновений людей. Это было интересное время, насыщенное самыми разными событиями. Это были и радости обнаружения важных доказательств по делам, получения правосудных судебных решений, достижение освобождения похищенного силовиками человека. 

Были и тревожные моменты, такие как разгром нашего офиса местными молодчиками, нападение на журналистов (когда был сожжен автобус и пострадали люди). Могу сказать, что там был получен ценнейший опыт правозащитной деятельности. Жаль конечно, что ни по одному из дел в Чечне нам не удалось заставить государство привлечь виновных к ответственности за должностные преступления, хотя, по некоторым делам, оснований для этого было более чем достаточно.

В 2017 году случилось то, о чем я мечтал — Комитет создал отделение в Краснодаре и меня пригласили в нем работать. Теперь полученный правозащитный опыт применяю дома. Вот, собственно, краткая история части моего правозащитного пути.